Category: семья

вдаль

Центр коммунизма в Тель-Авиве

Коммунизм и коммунист – это для евреев хорошо?  Иногда, таки, хорошо. И я попытаюсь вас в этом убедить.

В 1942-м году, в разгар 2-й Мировой войны, когда в Европе наступают нацисты, по всем фронтам, в Тель-Авиве пока еще царит спокойная обстановка. Настолько спокойная, что люди продолжают вкладывать деньги в недвижимость. И двадцать еврейских семей совместно покупают большой участок земли в северной части Тель-Авива. Земля эта принадлежала компании «Шикун Амами», которая, в свою очередь, лет за 15 до этого приобрела эту землю у шейха деревни Сумелия. Такая практика уже давно была принята среди шейхов, владевших землями вокруг растущего Тель-Авива.

А Тель-Авив растет. И растет он согласно проекту Патрика Геддеса, шотландского ученого, разработавшего генеральный план развития города. И по этому плану на пустыре, который купили двадцать еврейских семей разными!!! долями, должен был быть пустырь. То есть действительно пустое место. И лишь по кругу, вокруг пустыря, по плану должны были быть построены дома – жилые и офисные.

Лишь в 1951-м году власти Тель-Авива неожиданно нашли деньги на строительство (к этой неожиданности мы еще вернемся). И архитектурному бюро «Эльханани-Лутан» было поручено проектирование новой городской площади. Однако уже на первых этапах проектирования город поставил совершенно необъяснимые задачи. Самым странным требованием города был запрет на любое строительство в центральной части города. А учитывая, что это самая большая площадь в Тель-Авиве, запрет этот был по меньшей мере странным.

Аба Эльханани и Исраэль Лутан были опытными архитекторами, в «багаже» которых насчитывался не один десяток проектов. Но проектирование площади такого размера и по очень жестким условиям им оказалось не под силу. И они обратились к известному бразильскому архитектору Оскару Немейеру. Немейер в это время жил и работал в Хайфе, где по приглашению мэра города Аббы Хуши проектировал кампус университета.

Оскар Нимейер очень симпатизировал Израилю. Будучи коммунистом (и даже позже генеральным секретарем коммунистической партии Бразилии) Немейер, однако, понимал, что социализм, а, тем более, коммунизм, не может развиваться без поддержки богатых капиталистов. Вот и в Израиль он прибыл по приглашению своего друга, еврейского капиталиста Икутиеля Федермана, который, в свою очередь, и познакомил его с Аббой Хуши. 

Двадцать семей приобрели не двадцать участков, а 54. Поэтому, когда встал вопрос о планировании и подготовке к строительству, эти семьи договориться не смогли. И все планы были выброшены под хвост тем многочисленным собакам, которые с удовольствием пользовались эти огромным пустырем.

Пока Немейер работал над проектом хайфского университета, к нему приезжали многие израильские архитекторы. Так он познакомился с Эльханани, а потом и с Лутаном. И когда ему предложили построить площадь огромного размера, он увидел в этом рождение нового стиля – израильского соцреализма. В маленькой восточной стране восходила заря «большого северного брата».

В октябре 1964-го года был опубликован окончательный вариант под названием «Тохнит биньян ха-ир 600».

Но работы начались лишь десять лет спустя, в 1974-м году. А в течение этого десятилетия пустырь в центре площади использовался как площадка для… передвижных цирков, приезжавших в Израиль на гастроли.

Именно в это время и появляется название площади – площадь Государства.  Городская легенда повествует, что в одной из радиопередач писатель Эфраим Кишон, никогда не скрывавший свою нелюбовь к Немейеру и его тель-авивскому творению, сказал: «Эта площадь – как вся наша страна. Полгода – цирк, полгода – грязь, и создано это коммунистом!» Отсюда и пошло название площади, которое полюбилось горожанам и «Чич» (мэр Тель-Авива Шломо Лаат) узаконил это название.

Сегодня только редкие старожилы помнят историю названия этой площади, самой дорогой площади города.

И да, я же обещал рассказать, откуда появились деньги? Армия!  Где-то там проходила секретная линия связи Армии Израиля. Именно из-за нее все эти годы в центре площади боялись даже деревья сажать.  Но и это тоже в прошлом, линии перенесена и проект строительства 3-х 40-этажных жилых домов был подписан в декабре 2018-го года. 

Так что мы еще увидим новую «Медину».

площадь страны — середина 70-х

70-е
первые дома

Оскар Немейер

проект площади

Originally published at ...я живу в Тель-Авиве. You can comment here or there.

promo tomcat61 august 24, 2013 15:22 92
Buy for 100 tokens
История из жизни. Самолет израильской авиакомпании летит по маршруту Тель-Авив -Верона. Из 160 пассажиров - около 120 это религиозные евреи, явно сефарды, с многочисленными детьми. Дети носятся по самолету, их мамы и папы орут на детей и перекрикиваются друг с другом. Короче, табор уже ушел в…
вдаль

Центр коммунизма в Тель-Авиве.

Коммунизм и коммунист – это для евреев хорошо?  Иногда, таки, хорошо. И я попытаюсь вас в этом убедить.

В 1942-м году, в разгар 2-й Мировой войны, когда в Европе наступают нацисты, по всем фронтам, в Тель-Авиве пока еще царит спокойная обстановка. Настолько спокойная, что люди продолжают вкладывать деньги в недвижимость. И двадцать еврейских семей совместно покупают большой участок земли в северной части Тель-Авива. Земля эта принадлежала компании «Шикун Амами», которая, в свою очередь, лет за 15 до этого приобрела эту землю у шейха деревни Сумелия. Такая практика уже давно была принята среди шейхов, владевших землями вокруг растущего Тель-Авива.

А Тель-Авив растет. И растет он согласно проекту Патрика Геддеса, шотландского ученого, разработавшего генеральный план развития города. И по этому плану на пустыре, который купили двадцать еврейских семей разными!!! долями, должен был быть пустырь. То есть действительно пустое место. И лишь по кругу, вокруг пустыря, по плану должны были быть построены дома – жилые и офисные.

Лишь в 1951-м году власти Тель-Авива неожиданно нашли деньги на строительство (к этой неожиданности мы еще вернемся). И архитектурному бюро «Эльханани-Лутан» было поручено проектирование новой городской площади. Однако уже на первых этапах проектирования город поставил совершенно необъяснимые задачи. Самым странным требованием города был запрет на любое строительство в центральной части города. А учитывая, что это самая большая площадь в Тель-Авиве, запрет этот был по меньшей мере странным.

Аба Эльханани и Исраэль Лутан были опытными архитекторами, в «багаже» которых насчитывался не один десяток проектов. Но проектирование площади такого размера и по очень жестким условиям им оказалось не под силу. И они обратились к известному бразильскому архитектору Оскару Немейеру. Немейер в это время жил и работал в Хайфе, где по приглашению мэра города Аббы Хуши проектировал кампус университета.

Оскар Нимейер очень симпатизировал Израилю. Будучи коммунистом (и даже позже генеральным секретарем коммунистической партии Бразилии) Немейер, однако, понимал, что социализм, а, тем более, коммунизм, не может развиваться без поддержки богатых капиталистов. Вот и в Израиль он прибыл по приглашению своего друга, еврейского капиталиста Икутиеля Федермана, который, в свою очередь, и познакомил его с Аббой Хуши. 

Двадцать семей приобрели не двадцать участков, а 54. Поэтому, когда встал вопрос о планировании и подготовке к строительству, эти семьи договориться не смогли. И все планы были выброшены под хвост тем многочисленным собакам, которые с удовольствием пользовались эти огромным пустырем.

Пока Немейер работал над проектом хайфского университета, к нему приезжали многие израильские архитекторы. Так он познакомился с Эльханани, а потом и с Лутаном. И когда ему предложили построить площадь огромного размера, он увидел в этом рождение нового стиля – израильского соцреализма. В маленькой восточной стране восходила заря «большого северного брата».

В октябре 1964-го года был опубликован окончательный вариант под названием «Тохнит биньян ха-ир 600».

Но работы начались лишь десять лет спустя, в 1974-м году. А в течение этого десятилетия пустырь в центре площади использовался как площадка для… передвижных цирков, приезжавших в Израиль на гастроли.

Именно в это время и появляется название площади – площадь Государства.  Городская легенда повествует, что в одной из радиопередач писатель Эфраим Кишон, никогда не скрывавший свою нелюбовь к Немейеру и его тель-авивскому творению, сказал: «Эта площадь – как вся наша страна. Полгода – цирк, полгода – грязь, и создано это коммунистом!» Отсюда и пошло название площади, которое полюбилось горожанам и «Чич» (мэр Тель-Авива Шломо Лаат) узаконил это название.

Сегодня только редкие старожилы помнят историю названия этой площади, самой дорогой площади города.

И да, я же обещал рассказать, откуда появились деньги? Армия!  Где-то там проходила секретная линия связи Армии Израиля. Именно из-за нее все эти годы в центре площади боялись даже деревья сажать.  Но и это тоже в прошлом, линии перенесена и проект строительства 3-х 40-этажных жилых домов был подписан в декабре 2018-го года. 

Так что мы еще увидим новую «Медину».

площадь страны — середина 70-х

70-е
первые дома

Оскар Немейер

проект площади

Originally published at ...я живу в Тель-Авиве. You can comment here or there.

вдаль

А кто у нас "второй"?

Как правильно пел в своей песне Андрей Вадимович, все помнят первых, и мало кто помнит вторых. А ведь их путь не легче, и даже сложнее – ведь они знают, что слава уже отдана предшественнику.

Но это если мы говорим о людях. Зданиям абсолютно все равно – первые они или четвертые. Высокий дом не хвастается перед низким своей высотой – это удел людей.  Да и судьба дома это, обычно, судьба людей, связанных с этим домом.

Вот и мне захотелось узнать судьбу второго дома в Тель-Авиве.  Первый дом «первого еврейского города» — это дом Реувена Сегаля, стоявший на улице Иегуда Халеви. Сегаль построил свой дом в мае 1909-го года, спустя всего полтора месяца после лотереи, на которой были разыграны земельные участки будущего города. О истории этого дома и о семье Реувена Сегаля было написано не мало, поэтому я не буду повторяться.  Но все-таки – кто построил второй дом и что с ним стало?

Collapse )
вдаль

Бата, Грига и дом-пагода, из цикла "городские легенды" часть 3

Джала опустился на одно колено и сказал дрожащим голосом:

  • Я не богатый человек и кроме руки и сердца, мне нечего тебе предложить! Зато это я могу отдать тебе навсегда! – эти слова он сказал на французском, на том самом языке, который больше всего подходит именно для таких слов.

Нельзя сказать, что для Аглаи эти слова стали неожиданностью.


Collapse )
вдаль

One man Keren Kayemet

   Пожалуй ни с одной тель-авивской улицей не связано столько городских легенд, выдумок и небылиц, как с двумя коротенькими переулками к югу от улицы Кинг Джордж V. Я, конечно же, имею ввиду переулки Альмонит (Безымянный) и Плунит (дословно – Какой-то).

Городские предания рассказывают, что эти необычные названия придумал сам первый мэр Тель-Авива – Меир Дизенгоф, в ответ на спор с одним из людей, проживающих в этом переулке. И хотя это действительно в духе Дизенгофа (о его необычном чувстве юмора я уже рассказывал), но в данном случае этот рассказ далек от истины. Но, обо всем по порядку, запаситесь терпением. :)

Collapse )
вдаль

Улица Бялик, путешествие во времени. часть 1

Заповедник времени.

Есть в Тель-Авиве такие особенные уголки, нетронутые временем. Стоят там дома с деревянными ставнями, балкончики, украшенные лепниной, таблички с названиями, прорисованными вручную. Там растут столетние деревья, на ступеньках крыльца греют бока на солнце старые мудрые тель-авивские коты.

Collapse )
вдаль

Как евреи из-за Герцеля подрались, или история первого часовщика!

Начиная "раскапывать" историю тель авивской улицы Бялик, я и не предполагал, что уже с самым первым домом этой улицы связана такая интересная история.Настолько интересная, что я решил выделить ее в небольшой отдельный рассказ, в котором есть все - и детектив, и любовь, и трагедия, и успех и даже немного мистики. Итак, история дома и семьи Морица Шенбенрга Collapse )
вдаль

Вот эта улица, вот этот дом... продолжение.

 

               Продолжаю начатый мною рассказ о первых домах Неве-Цедек. Схемы (картами это назвать сложно) приведены по данным 1904-1912 годов. Заранее извиняюсь перед дамами, но в архивных списках сохранились только имена глав семей, а чаще - просто фамилии. При работе над этими заметками мною использовались материалы архива Пинхаса Бен-Шахара, известного исследователя Тель-Авива.

Collapse )
вдаль

Вот эта улица, вот этот дом...начало Неве Цедек

 

       Обычно у меня нет строгого сценария моих экскурсий. И поэтому, хотя маршрут почти неизменен, рассказы мои могут отличаться раз от раза в зависимости от слушателей. Иногда я, отвечая на вопросы, могу углубиться в некоторые подробности. Так случилось на одной из недавних экскурсий. Рассказывая о людях, живших в Неве-Цедек, я показывал своим экскурсантам те не многие сохранившиеся дома, которые построили самые первые жители. Совершенно случайно я упомянул и семью Резник, жившую в доме 39 на улице Штейн. (может быть потому упомянул, что Резник - девичья фамилия моей жены).

Collapse )